Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

Толстой, Фёдор

Фернандо Хорхе и Алехандра Балдаке

    Фернандо и Александра вместе танцуют уже более 17 лет. Они – профессиональные танцоры, преподаватели и пропагандисты аргентинского танго.
    Понравилось. Профессионалы, но есть маленькая иллюзия, что пара из зала.) Первый раз вижу приём в танго, когда партнёры не соприкасаются руками. Жаль, что снято с одной точки. И танцуют они, скорее всего под другую музыку.) Кто то наверное соединил изобразительный ряд с нашим исполнителем песен.



Толстой, Фёдор

День учителя

Так получилось, что за время обучения в начальной школе (а учились мы в начальной школе четыре года)  я сменила 4 школы, и за это время у меня было 3 учительницы (одна из них вместе со мной переходила в новую школу, скорее наверное я с ней).   Я помню их имена:Татьяна Фёдоровна, Екатерина Дмитриевна и Галина Анатольевна.    
У меня не осталось фотографий первой и третьей учительницы.    
А второй - есть (не очень качественная):


 

      Я благодарна всем учителям, которые хоть чему то научили меня в жизни. Но этим трём особо: в детстве всегда трудно привыкать к новому коллективу, а они могли создать в наших (не маленьких) классах спокойную, дружелюбную атмосферу. Они были ровны и приветливы.
Ровны - это про первых двух. Последняя была очень молодая и возможно мы были у неё первым классом. А класс наш был под буквой "Д", в который были сосланы многие второгодники. Но если две первые мои учительницы были уже почтенными дамами и светились ровным тёплым светом, то эта полыхала. Она очень много для нас делала и ждала он нас такой же самоотдачи. И так получалось, что больше мы её обижали своей инертностью и толстокожестью. Иногда она на нас кричала, однажды даже плакала. Но мы понимали, что это от любви и обиды. И мы любили её тоже. Дело кончилось тем, чем и должно было кончиться: она вышла замуж за военного (в нашем городе было много военных училищ) и покинула нас немного недоучив до конца учебного года.) Поэтому и на фотографии её нет. Она была маленькая, худенькая с красивыми, пышными рыжими волосами.   
Счастья и здоровья всем учителям, похожим на них.
Толстой, Фёдор

Случай.

     Шла по одноэтажной части нашего города. Никакие снегоочистители там никогда и не бывали. Так что выглядит проезжая часть совершенно первозданно. Кое где образовались приличные озерца в снежном покрове, диаметром так метра 3, может и больше. А поскольку и асфальта там никогда  не было, то и глубина приличная. Издалека заметила группу детей: двое мальчиков покрупнее (лет 11-12), один, щуплый, поменьше и девчонка, совсем маленькая, шмакодявочка.Стоят и, как и полагается детям их возраста, изучают это явление природы с помощью подручных средств, т.е. камней, палок и всего, что в руки попадётся. Похоже, что идут со школы, с портфелями потому что.
     Поравнялась я с ними. Вдруг щуплый бросился перебегать эту лужу. Видно, что вода прехлёстывает через голенища сапог. Я, как дображелающая тётка, сразу принялась причитать и требовать чтобы он бежал быстрее домой. Он присел на кочку, сняв сапог, продемонстрировал, что вода  там действительно есть, вылил её оттуда, встал и, под акконимент моих причитаний, начал повторять этот трюк с форсированием лужи ещё и ещё. Двое, что покрупнее ухмыляются, девчонка хихикает.
     Чувствую, что мои вопли не помогают, говорю им: "Что же вы смотрите? Это же ваш товарищ, он же заболеет. Он где живёт?". Они говорят: "Далеко. Да он сам захотел, на слабо". И ухмыляются. На вид очень приличные детки. А экстремал ещё и говорит: "А я вообще искупаться хочу". Я спрашиваю: "А маму тебе не жалко?". " Он говорит: " А я всё постираю, я умею". "А заболеешь?".  " Ну и что?". Взгляд очень даже смышлённый, на дурачка не похож.
     Рядом контора какая-то. Зашла . Мужик пасьянс в компьютере раскладывает. Попросила его сказать что-нибудь грозным мужским голосом. Он даже глаз от экрана не отвёл. Тётка рядом поохала. Вышла из конторы, нашла отзывчивого. Пока мы шли к месту действа , цирк закончился. Они шли нам навстречу. Экстремал был морый по самую куртку. Отзывчивый пошёл назад. Компания разделилась. Те, что покрупнее отделились и собрались поворачивать.
     Я запоздало заявила: "Вот всё вашему директору школы расскажу". И совершенно неожиданно это как то подействовало: они испугались. Говорят:" А Вы нас не знаете". "А у меня зрительная память хорошая, я вас узнаю.Пройду по классам и узнаю. Нехорошо так с товарищами поступать", - мстительно сказала я.
     Экстремал шел впереди меня. Девчонка вместе с ним, похоже младшая сестрёнка. " Да беги ж ты уже", - говорю ему. "А мне жарко", - отвечает.
     Вот что это было?
Толстой, Фёдор

Дни физики.

 

Первый раз решила побывать на днях физики. Ввиду комплекса неполноценности в этой науке,  начала с низшего звена - самых младших.
P3280664a.jpg
P3280662a.jpg
      В общем оказалось не так страшно и непонятно. Кто заинтересовался - под кат. Много фоток.

Collapse )
В общем было интересно. Просто удивительно сколько можно рассказать детям на подручных средствах, между делом. А мы этого не делаем.(
Толстой, Фёдор

Канал Москва-Волга ч.2

                                                 Геннадий Лакомкин

dubna

    Вначале 80-х годов случай вывел меня на моих дальних родственников. Это были двоюродные братья и сестры моего деда. Отношения с ними поддерживала только бабушка, одного из братьев я видела несколько раз в гостях у неё. В поисках своего потерявшегося двоюродного брата, я однажды позвонила в дверь их квартиры в подмосковной Малаховке. За столом сидело человек пять или шесть очень прилично одетых пожилых людей. Кроме хозяев там были и гости. Я перезнакомилась со всеми и, дав обещание: обязательно сообщить о результатах своих поисков и в дальнейшем зайти в гости, убежала. Потом я бывала у них несколько раз, но настоящее знакомство свела уже позже с младшей из них Натальей Григорьевной. После смерти старших она осталась одна, и я иногда наезжала к ней.

    Грянула перестройка. Она, проснувшийся во мне интерес к истории семьи и желание Натальи Григорьевны поделиться сделали своё дело. Наталья Григорьевна с большим интересом наблюдала за событиями, происходящими в стране, читала «Огоньки», смотрела телевизор и очень хотела узнать «чем же всё это кончится?».

    Об истории этой ветви семьи Поповых, если получится, я расскажу позже. А сейчас рассказ о её женихе: Геннадии Лакомкине, как продолжение темы о строителях канала Москва-Волга.

    С ним она познакомилась в Ленинграде, куда братья и сёстры вынуждены были уехать после революции. До неё они жили в Сотниковске Ставропольского края. Первым уехал брат Петя. Он окончил электротехникум, работал на «Электросиле», имел какое-то отношение к отцу Аллилуевой (дословно записано: « Петя был у отца Аллилуевой»; расспросить подробнее ума не хватило. Из Википедии известно, что Аллилуев работал в области электрификации, строил Шатурскую ГЭС, работал в «Ленэнерго». Наверное контакты были профессиональные). К нему потихоньку перебрались остальные братья и сестры. Наталья Григорьевна, умевшая печатать, работала в Леноблпрофсоюзе. Жили недалеко от старообрядческого храма в доме, где было много старообрядцев. Сами они тоже были из старообрядческой семьи. Генаадий Лакомкин был другом брата, сыном священника, кончал гидротехнический институт. В мае 1932 года они должны были пожениться.

    Как рассказывала Наталья Григорьевна, они решили почитать Библию. Образовался молодёжный кружок, собирались и читали. И, как часто бывало в те времена, кто-то донёс. Взяли их в апреле. Когда везли в воронке, не верили, что за такое могут посадить. Девчонки спросили у парня-охранника куда везут. Он ответил: «В Кресты». Они посмеялись, мол хоть узнаем где они находятся.

    Судили, дали парням по пять лет, а девочкам по три года. В вину всем поставили участие в контрреволюционной организации имени протопопа Аввакума. Петю и Геннадия отправили в Пермь, а Наталью Григорьевну на Вышеру. Её спасло умение вести делопроизводство: взяли в «шарашку». Упоминала фамилии Холина, Журина (светлая голова). Говорила, что насмотрелась там на «пеллагриков» (её выражение). Это были люди, которых везли с голодающей Украины эшелонами, и которые были настолько истощёнными, что очень быстро умирали.

    Отсидела она свой срок и поехала в г.Дмитров, поближе к Геннадию, которого перевели на строительство канала Москва-Волга. Были трудности с переездом, так как Наталье Григорьевне не разрешалось жить ближе, чем 100 км к Москве. Помог кто-то из бывших начальников, тоже переведённых на это строительство (предположительно Шлегель). Поселились (к ней присоединились сестра с братом) на Костинской улице.

    Иногда удавалось видеться с Геннадием. Он к этому времени, благодаря своему незаконченному гидротехническому образованию, стал прорабом участка на строительстве плотины. Планы были радужные. Всех, кто участвовал в строительстве канала, по окончанию его обещали выпустить на свободу. Геннадию было разрешено свободное перемещение в пределах какой-то зоны и им удалось даже вместе отпраздновать Новый год. На память об этом Геннадий подарил ей чайную ложку с надписью, которую я видела у Натальи Григорьевны. Но, к сожалению, их планам не было суждено осуществиться. Она связывала это с приходом Ежова. По окончании строительства Геннадия отправили на Колыму. И через некоторое время он прислал им письмо, в котором написал, что, скорее всего, им уже не встретиться и попрощался. Наталья Григорьевна долго ждала его, но даже переписываться им не удавалось.

    Когда она умерла и её отпевали заочно в храме в Рогожской слободе в Москве, родные сказали там, что она была невестой Геннадия Лакомкина. Выяснилось, что его отец последние годы с 1943 провёл как раз в Рогожской слободе. Я заинтересовалась, съездила туда. Хотела узнать об этой истории побольше, найти его фотографию. В тот приезд мне это сделать не удалось. Но я узнала другое: оказывается отец Геннадия – Григорий Иванович Лакомкин, выдающийся архипастырь старообрядческой церкви ХХ века епископ Геронтий, организатор известной стрельниковской школы пения (крюковое пение, знаменный и демественный распев). Прочесть о нём и школе можно здесь: http://rpsc2009.nichost.ru/index.php?id=435 , http://sobory.ru/article/?object=03085 , http://rpsc-spb.ru/2010-05-19-13-23-25/2010-05-19-14-35-43?showall=1 . В 2007 году он причислен к лику местночтимых святых Санкт-Петербургской и Тверской епархии.
                                                 

                                                            tiff5240
                  Фотография взята из старообрядческого церковного календаря за 2008 год.
    А на сайте http://kostromka.ru/kostroma/land/04/lakomkin/315.php опубликованы воспоминания самого епископа Геронтия (написаны от третьего лица?), в которых я нашла следующую информацию о сыне: «Немало заботы было у Владыки Геронтия о сыне, который всё время был в воспитании неопределенном. Младший сын Анатолий через три месяца после смерти матери помер. Остался один сын Геннадий, трёх лет. Его воспитывала просвирня — хозяйка квартиры, где жил о. Григорий — Павла Осиповна Егина, очень религиозная вдовица, впоследствии была инокиня-схимница Поликсения; а потом сына воспитывала старая дева Матрёна Алексеевна Баланина, впоследствии — инокиня Минодора. Когда мальчику Геннадию было пять лет, он уже читал сам повседневную полунощницу и повечерницу. Шести лет он определён был отцом во вновь устроенное своё начальное училище, девяти лет — успешно окончил четырёхгодичный курс учения. Десяти лет отец отдал его в Московский старообрядческий институт. Сирота, мальчик Геннадий, вставал в 4 часа утра читать полунощницу и молиться в келии вместе с живущими подобающее иноческое келейное правило, а затем дома учился славянской грамоте. Понятия и способности у Геннадия были очень-очень хорошие. Несмотря на его малолетность, он учился очень хорошо, всегда на отлично.

Сирота Геннадий Григорьевич за всю его жизнь не имел материнской ласки, да и с отцом не всегда приходилось жить. Был тернистый ему путь жизни. Геннадий поступил в старообрядческий институт (это было в 1915 году), но через два года институт был закрыт. Отец перевёл его в Дурасово к крёстнице — дочери епископа Геннадия Марии. Там был он определён во вторую ступень учения. И там скоро было закрыто учение за то, что ученики самовольно написали две большие картины-иконы Исуса Христа и Божией Матери, повесив их в зале училища, где было много картин вождей народа. Они не позволяли учительницам снимать портреты (иконы) Спасителя и Богородицы.

Потом пришлось Геннадию окончить вторую ступень в г. Костроме и год в Ленинграде. По окончании успешно второй ступени он поступил в институт на физико-математический факультет. Учился первым и отличником. Но когда, через два года, узнали, что он сын епископа и что он выступал на диспуте в защиту бытия Божия и Христа, — его исключили и лишили голоса и прав. Куда идти и как быть дальше? Он и отец его недоумевали. Таковых было три-четыре юноши. Они, чтобы не быть безработными, трудились, где было возможно: чистили уборные, рыли канавы, строили забор кладбища, где они жили. Потом решили обучаться мастерству жестяных дел. Нашли мастера. Расстратили [деньги]: купили инструменты, сырьё-материал. А тут — налоги. Срочно пришлось всё ликвидировать. Пришлось ему поступить в чернорабочие, рыть землю, перетаскивать брёвна и т.п. Но Бог особо милостив — оказал особое чудо. Десятнику, у которого их было до 15 человек, нужно было сосчитать на одном большом доме, подлежащем ремонту: сколько на крыше листов железа. Геннадий из всех согласился это сделать, и, как хороший математик, он быстро всё высчитал и дал письменные сведения, сколько нужно железа на крышу, на желоба, на трубы. Десятник был удивлён, а когда узнал о его образовании — представил на право голоса и зачислил старшим рабочим, а потом десятником. Как особо отличившегося работника, от имени «Ленинстроя» его приняли в техникум. Пришлось ему 8 часов работать и 6 часов — учиться. В то же время он сам обучал и других — по пению и церковнославянскому чтению. Был любитель пения и организатор и руководитель братства имени протопопа Аввакума, в братстве их было около ста человек. Выступал с докладами. Имел особые способности ораторства. В 1925 году был уполномочен от братства на Освященный Собор, где на него было обращено особое внимание, когда он говорил речь о воспитании молодёжи и спасении её. Все соборяне были тронуты до слёз; ему и его отцу были особые благодарности.

В 1932 г. был арестован вместе с отцом. Когда был в лагерях — 10 лет, он часто писал отцу, утешая его, что они страдают за правую веру. Ежемесячно отцу посылал посылки из своих средств. Он работал прорабом и был осчастливлен изучить другие квалификации. Кончил техникум по фабричному и заводскому строительству, в лагерях дополнил знания гражданских построек. Около ст. Талдом построил райгородок, строил шлюзы (Москва–Волга), а потом переброшен был на Николо-Уссурийскую железную дорогу, там строил вокзалы. Все десять лет был стахановцем. За религию получил ещё 10 лет без права переписки. Ленинградцы все его знают, и старообрядцы неописуемо его любили за его энергию, преданность Церкви и христианское образцовое поведение.

На четырнадцатом году страдания в лагерях помер от голода — 12 августа 1945 года. Вечная и добрая память ему!».

       Вот ещё информация с  http://rpsc-spb.ru/spb-tver-eparhia-rpsc/2010-05-12-11-28-38/2010-05-27-09-22-11:
"Поистине «варфоломеевская ночь» ожидала питерских старообрядцев после службы «Марьино стояние» 13 апреля 1932 года. В эту адскую ночь питерским НКВД была «блестяще» проведена крупная операция по борьбе с контрреволюцией - было арестовано более 160 человек старообрядцев: все священнослужители, все певцы и постоянные прихожане Громовского и других храмов, включая даже подростков. Арестован был и владыка Геронтий. Многие получили по 10 лет лагерей, кому-то «дали» меньше. А кому-то – как, например, сыну еп. Геронтия – 23-летнему Геннадию Лакомкину, активисту Братства, – после отбытия им 10-летнего срока, в 1942 году, срок был удвоен! А на два десятилетия «отдыха» в сталинских лагерях даже молодого здоровья не хватило, и он – как и многие из репрессированных – так и не вернулся из заключения, сгинув в коммунистических застенках."

Как видно из вышеприведённых текстов информация разнится по фактам, но едина в одном: Погиб умный, талантливый, честный, красивый человек. Во всяком случае Наталья Григорьевна вспоминала его таким.